Бундхен Жизель. «Лошади – мои друзья»

 Жизель Бундхен – барышня видная. Самая красивая девушка по версии журнала Rolling Stones успела, помимо успехов на модельном поприще, «засветиться» в большом кино (американская версия Бессоновского «Такси» и недавно вышедший «Дьявол носит Prada»), а также создать собственную линию обуви. Одним словом, умница-красавица. Тем более радостно сознавать, что она пополнила дружные ряды любителей конного спорта.

«Я ПРИЕХАЛА ИЗ БРАЗИЛИИ»…

    Жизель – уроженка южной Бразилии – свое детство провела в маленьком городке с населением менее десяти тысяч человек. Развлечений, наверное, было маловато. Зато летом юную Жизель увозили на самое настоящее ранчо, где паслись самые настоящие лошади. Впервые она оказалась в седле в 8 лет. Это приключение было, конечно, незабываемым, но далеко не каждый воспылал бы после него любовью к верховой езде. «Один из ковбоев посадил меня верхом на мерина и стегнул его. Тот понес, а я что было сил вцепилась в гриву. Больше держаться было не за что: до стремян я не доставала». Конь носился как хотел, а все, что могла сделать маленькая всадница, это с него не свалиться. Когда  лошадь все-таки устала и остановилась, к ним подбежали работники, готовые утешать малышку, которая теперь-то, конечно, разревется от страха. То, что они услышали от едва пришедшей в себя «амазонки», немало их удивило: «Здорово! А еще можно?».  
     Жизель говорит, что с тех самых пор «помешалась на скорости», а заодно и на лошадях, которые дарили ей это незабываемое чувство полета. В течение всей последующей недели Жизель просыпалась первой, брала лошадь (того самого мерина) и ездила иногда весь день напролет. Скакала галопом туда-сюда, падала, снова забиралась на лошадь, снова падала. Она очень полюбила этого коня, до сих пор помнит, как его звали – Каррочеро, такое звучное латиноамериканское имя, видимо, подстать темпераменту.
    Но с темпераментом и у самой Жизель все было в порядке: просто так скакать по полям красавице скоро наскучило, она стала вместе с ковбоями загонять скот, выступать на местных родео и командных конных соревнованиях. Конечно, ни о какой школе верховой езды речи тогда не шло. До всего доходила сама, через ошибки и падения. «В Бразилии меня никто не учил ездить. Я действовала инстинктивно и всегда помнила о том, что лошади – мои друзья».

АМЕРИКАНСКАЯ МЕЧТА

    Но  однажды единение с природой было прервано переездом в Нью-Йорк и погружением в головокружительный мир модельного бизнеса. Однако Жизель не собиралась так просто расставаться с детской мечтой. Переехав из Нью-Йорка в Лос-Анджелес, она решила «вернуть лошадей в свою жизнь». К тому времени прекрасная бразильянка успела покрасоваться на обложках Vogue, Harper’s Bazaar, W, поработать с Версаче, Валентино, Ральфом Лореном и повысить благосостояние таких марок, как Cristian Dior, Dolche & Gabbana, Missoni, став лицом их рекламной кампании. К своему возвращению в конный мир Жизель подошла весьма основательно. Она стала членом Конного клуба Бёрбанк, куда паромом из Европы были доставлены теплокровные лошади Сандрино и Эрмес и где она под руководством тренера начала учиться конкуру. Стоит ли говорить о том, как сильно эти занятия отличались от приключений на ранчо. Из ковбойского седла, где есть за что схватиться, девушка пересела в спортивное. Лошадки тоже стали заметно крупнее, чем на ранчо. Ну и стиль езды, конечно, стал более дисциплинированным. «Дома, в Бразилии, я бы села верхом без седла, ударила лошадь пятками по бокам, крикнула бы: «Пошел, пошел!» и мы скакали сколько заблагорассудится. Но поскольку я решила научиться прыгать, мне многое придется освоить. Тут нужно иметь сильные ноги, чтобы удержаться на лошади и управлять ей. Надо быть действительно хорошим всадником!»
    Жизель пришлось расстаться не только со своими бразильскими привычками, но и с некоторыми иллюзиями относительно своего уровня. «Поначалу я была совершенно «зелёным» ездоком, которому казалось, что он может очень много». Она быстро убедилась в том, что это не соответствует действительности, как и в том, что конкур – не менее увлекательная и опасная вещь, чем родео. «Я падала много раз. Одно падение – с Сандрино – было по-настоящему неприятным. Я потеряла стремя и, чтобы удержаться, вцепилась ногой. Он подумал, что нужно прибавить, и, когда мы на сумасшедшей скорости приблизились к пятифутовому препятствию, я спрыгнула, но не очень удачно. Ударилась головой и отбила ребра». Тренер ее беде не посочувствовала, а велела сесть обратно в седло со словами: «Кто может на пальцах двух рук сосчитать свои падения, тот плохой всадник». Жизель считает, у нее есть все шансы стать отличным всадником, она говорит, что уже сбилась со счета, сколько раз падала.

Жизель быстро убедилась в том, что конкур – не менее увлекательная и опасная вещь, чем родео... «Кто может на пальцах двух рук сосчитать свои падения, тот плохой всадник». Жизель считает, у нее есть все шансы стать отличным всадником, она говорит, что уже сбилась со счета, сколько раз падала.

У ЖЕНЩИН СВОИ СЕКРЕТЫ

       Лошади, конечно, были куплены в первую очередь не для спортивных свершений, а для простого общения.  Посещение конюшни не всегда влечет за собой седловку. «Мне не обязательно каждый раз ездить. Когда я нахожусь рядом с моими лошадьми, кормлю их морковкой, глажу, мне иногда этого достаточно». Да и успех в карьере порой неблаготворно сказывается на регулярности занятий. «У меня сумасшедшее расписание. Сегодня я целый день в седле, а завтра могу уехать на два месяца. Я даже немного ревную своего тренера к моим лошадям: ведь она видит их каждый день». Тут Жизель немного кривит душой и сама это знает. Тут же, заливаясь краской от смущения, сознается, что, хотя говорит об обеих лошадях, на самом деле у нее есть любимчик.  «Конечно, нехорошо говорить, что любишь какую-то лошадь больше, но… Сандрино – он такой забавный! Когда я выпускаю его погулять в леваду, а он начинает резвиться и выглядит таким счастливым, глядя на него, я сама хлопаю в ладоши от удовольствия.  Когда он наиграется и устанет, я седлаю его, надеваю уздечку и сажусь верхом. Он такая лапочка, я чертовски его люблю!» В конце концов, должны же у девушки быть свои слабости. Видимо, это была любовь с первого взгляда. Когда Жизель впервые увидела ганновера Сандрино, подумала, что он скорее похож на представителя английской чистокровной породы – такой элегантный. 

ЖИЗНЬ ПРЕКРАСНА

«Лошади заставляют меня расслабиться и наслаждаться настоящей минутой, не размышляя о прошлом и не беспокоясь о будущем. Когда я скачу верхом, ветер развивает мои волосы и гриву моего коня, а все вокруг дышит покоем и новизной, мое сознание освобождается. И вдруг я замираю, пораженная одной мыслью о том, как прекрасна жизнь!»

      Жизель признается, что она самый настоящий трудоголик. Все мысли только о работе. Участвуя в одном проекте, обдумывает следующий, все время, даже во сне. Вытащить ее из состояния «постоянной боевой готовности» способны только лошади. «Они заставляют меня расслабиться и наслаждаться настоящей минутой, не размышляя о прошлом и не беспокоясь о будущем». Жизель ощущает на себе целительную силу лошади, благодаря которой все проблемы оказываются где-то далеко. «Когда я скачу верхом, ветер развивает мои волосы и гриву моего коня, а все вокруг дышит покоем и новизной, мое сознание освобождается. И вдруг я замираю, пораженная одной мыслью о том, как прекрасна жизнь!» ЗМ

 

Дополнительные материалы по теме:

5 Топ-моделей в седле: Проект «Подиум» // ЗМ №9 (122) 2012