Запашные Аскольд и Эдгард: Лошадь опаснее тигра

Более 120 лет работает в цирке династия Запашных. Среди них были борцы, акробаты, каскадеры, но прославить малоизвестную до того фамилию удалось только четвертому поколению семьи— Вальтеру Запашному и его братьям. Одной из главных ступеней на пути к успеху для них стали именно лошади.

 В 60-х годах Запашные подготовили номер под названием «Вольтаж на лошадях»: на арену выпускали две пары лошадей, на каждую пару вставали четверо, а еще одного партнера перебрасывали с одних лошадей на других. Номер получился неординарный, после него популярность артистов стала расти как на дрожжах. Но это было только начало. Вскоре Вальтер Запашный создает свой аттракцион «Хищники», с участием сорока тигров, восьми львов, пантеры, пумы, рыси и... снова лошадей. Трюки, которые он ввел в номер, стали рекордом в истории цирка. 
   Начало аттракциона выглядело фантастически: на арену верхом на лошади вылетал Запашный, а там его уже ждал лев, который одним прыжком перемахивал через всадника. Следом выпускали еще двух лошадей. Лев поочередно запрыгивал то на одну, то на другую — все происходило на хорошем галопе. После льва на лошадь запрыгивал сам дрессировщик и усаживался верхом на хищника. 
   Идея — свести вместе лошадей и хищников — бередила умы дрессировщиков давно. Вальтер Запашный не первый, кто брался за ее осуществление, но единст-венный сумел довести идею до конца. Правда, первоначально номер был задуман иначе, дрессировщик хотел включить в него двенадцать лошадей, шесть тигров и шесть львов. До зрителя этот вариант так и не дошел — Запашный побоялся, что при малейшей осечке аттракцион превратится в кровавое побоище. В своих опасениях он оказался прав «на все сто». Через некоторое время другой укротитель, Буслаев, решил повторить опыт Запашного и пошел по пути, отклоненному первым. На репетициях тигры и львы преспокойно гарцевали на спинах лошадей, но премьеру, состоявшуюся в цирке Ростова-на-Дону, зрители, наверное, до сих пор видят в ночных кошмарах: вскоре после начала представления один из львов упал с лошади, кинулся на нее, вслед за ним лошадей принялись драть и другие хищники. На глазах у остолбеневших зрителей звери загрызли всех лошадей, порвали дрессировщика и выступавшую с ним жену. Были и другие попытки ввести лошадей в номера с хищниками, но все они заканчивались трагически. 
  Только Запашному удалось невозможное — приучить льва видеть в своей исконной добыче партнера. Далось это, конечно, не сразу. Для начала лошадей обеспечили надежной защитой — одели «в броню» из толстого войлока и брезента, непосильную даже для львиных когтей (лев одним ударом пробивает ими металлическую сковороду). Труднее всего было «примирить» лошадь со львом, для чего животных даже держали в соседних стойлах, разделенных перегородкой. В конце концов благодаря своему таланту и упорству, дрессировщик взял под контроль древние инстинкты животных. 
  За 15 лет существования аттракциона в нем сменилось несколько лошадей. Одни уходили по старости, другие из-за грыж — сказывалось катание двухсоткилограммовых львов. Дольше всех проработал конь-«первенец», — огромный серый першерон по кличке Жар. Он запомнился Запашному не только редкой сообразительностью и покладистым нравом, но и неукротимой страстью к сырому мясу, из-за которого, собственно, Жар и попал в труппу. 
   «Это было в Омске, — рассказывает Вальтер Михайлович, — На задворках я как-то приметил коня, азартно копавшегося в помойке. Моему удивлению не было предела: лошадь прижимала копытом к земле кость и зубами срывала с нее остатки мяса. Вскоре мы купили его. В цирке Жар не изменил своим 
привычкам, он ждал времени раздачи мяса не меньше, чем тигры. Случалось, выхватывал кость прямо из тачки, забивал в дальний угол, а при попытке отнять — защищал ее зубами и копытами. 
   Сейчас, к сожалению, удивительный номер ушел в прошлое: постарели тигры и лошади, да и сам Вальтер Запашный отпраздновал в позапрошлом году свое 70-летие и больше не работает на манеже. 
   Сегодня честь династии отстаивают сыновья Вальтера Запашного — Аскольд и Эдгард. У них несколько номеров, но лучший и по их признанию любимый — конный, под названием «Жонглеры на лошадях», Какие чудеса ловкости показывают в нем братья рассказать невозможно — проще пойти и увидеть все своими глазами. На зрителей номер производит огромное впечатление, не зря на 1-ом Всероссийском фестивале циркового искусства братья получили за него главный приз «Золотую тройку» и звание артистов года. 
   В вечной цирковой суете мне удалось разыскать только одного из братьев — Эдгарда, его-то я и расспросила о бытье-житье артистов. 
   ЗМ: Вы росли в цирке и, наверное, встретились с лошадьми раньше, чем научились ходить? 
   Э.З.: Почти. У меня есть фото, где я в шпагате сижу верхом на лошади, на нем мне не больше двух лет. А в одиннадцать лет я уже работал свой номер «Высшая школа» (в цирке высшая школа близка к старой выездке, в нее входят испанская рысь, испанский шаг, галоп на трех ногах и назад — прим. авт.) Я выезжал на манеже соло и страшно гордился. Брат к тому времени тоже хорошо ездил верхом, но номера ему, увы, не досталось. 
   ЗМ: Когда подросли, тогда и жонглировать стали. 
   Э.З.: Не совсем. Мы выступали еще с дрессурой, знаете, шесть лошадей свободно бегают по кругу и изображают разные фигуры. Так вот, было у нас несколько крапчатых алтайских лошадок, но мы уехали на четыре года в Китай, где китайцы нам почти всех их заморили: климат, условия и корма просто никуда не годились. А жонглировать пошло уже позже. 
  ЗМ: Вернемся к Вашему номеру, Вы с такой легкостью без опоры на руки на полном скаку прыгаете на круп лошади. Неужели это так легко, как кажется? 
  Э.З.: Вообще-то, не буду хвалиться, но такой трюк, у нас он называется «курс», один из самых сложных, и выполнить его может далеко не каждый. Здесь надо тонко чувствовать момент прыжка и приземления, если ошибешься и упадешь (падение мы называем «каскад») или покалечишь лошадь. Частенько так лошадей вышибают прямо в зрительный зал. 
  ЗМ: И часто Вам случается представлять зрителям «каскады»? 
  Э.З. Да сколько раз! И к зрителям падали, и в первый ряд — девушкам под юбки. Однажды еще в начале номера приметили в первом ряду уж очень здоровых парней — штангистами они оказались. Где--то в середине мы с братом должны были вместе прыгнуть на лошадь, а та возьми, да и остановись. Мы полетели мимо лошадей прямо в первый ряд, где те самые штангисты поймали нас прямо в охапку. В 
другой раз угораздило упасть прямо к девушкам, которых сами же и пригласили. 
  ЗМ: Получается, конный цирк опасен и исполнителю, и зрителю? 
   Э.З.: Зрителю вообще в первом ряду сидеть опасно — туда все время что-нибудь  падает, сами всегда садимся на ряд третий-четвертый. Что касается исполнителей, то конные номера — самые высокооплачиваемые в цирке. Мы с братом сейчас получаем в 3,5 раза больше, чем за тигров (один из номеров братьев — «Хищники»— прим. авт.) 
ЗМ: Что же такого страшного в лошадях?
Э.З.: Наш отец всегда говорил, что работать с лошадьми намного опаснее, чем с тиграм. Когда заходишь в клетку к зверю, ты контролируешь ситуацию, а когда стоишь на спине бегущей лошади — никогда не знаешь, что она сделает в следующий момент. 
   ЗМ: Вы с братом такие молодые, интересные (Эдгарду — 23 года, Аскольду — 22 — прим.авт.), и так много работы. Как же быть с развлечениями, подружками и прочими вредными привычками? 
   Э.З.: Поклонницы у нас, конечно, есть, но ненавязчивые — контингент не тот. А вредные привычки... Хотите — верьте, хотите — нет, но мы вообще не пьем, не курим. 
   ЗМ: Что же Вас интересует кроме работы? 
   Э.З.: Футболом интересуюсь, а брат в свободное время любит посидеть за компьютером. 
   ЗМ: И напоследок опять про работу: не собираетесь повторить отцовский рекорд — посадить львов на лошадей? 
   Э.З.: Сегодня говорить об этом рано. Хотя, конечно же, хочется сделать что-нибудь подобное.

 

Дополнительные материалы по теме:

Запашные Эдгард и Аскольд. «Лошади были рядом всегда!» 4(72)/2008